Не педагогично это как-то…
Ди не был извращенцем, чтобы хотеть семнадцатилетних мальчиков. Но, чёрт его побери, он хотел, он так хотел, что яйца звенели. Правда мальчик был всего один, но зато какой: стройный, синеглазый, а когда улыбался, на щеках играли ямочки. И эти его нереальный кучеряшки, у нормальных среднестатистических ангелов не бывает таких локонов! А вот у Кэта они торчали в разные стороны, лезли в глаза. Кэт смешно фыркал, сдувая их, психовал, окидывал пряди со лба. В общем, был настолько мил, насколько может быть только глупый подросток до конца не осознавший свою сексуальность.
Ди страдал. Откуда что взялось, ведь он знал этого ребёнка уже много лет. Знал, ругал, учил, злился на него, даже пару раз бил, конечно, исключительно в воспитательных целях, но суть дела не меняет. Кэт, мать его ебанутую женщину, за что всё это Ди? За какие такие грехи? Правда, если вдаваться в подробности, грехи найдутся и не малые… Но в любом случае, это не повод. Мало он с ним мучился, с Кэтом-то? Даже в своё время исполнял роль няньки, видимо плохая из него воспитательница получилась. Не педагогично всё это товарищ Ди. Ой, как не педагогично! И ведь не скажешь мальчонке: «Эй, ты, тут такое дело понимаешь… Может перепихнёмся»?
Потому и молчал. Хотел себе тихо и молчал. Даже когда вставало, как ракета боевой машины реактивной артиллерии «Катюша», терпел, держа язык за зубами. Дрочил в туалете, мыл руки, снова шёл воспитывать, и не говорил ни слова.
Вот такая тяжёлая участь…